Многие из их разговоров касались науки. В особенности Арчи привлекала история. Он интересовался датами различных открытий, причинами конкретных исследований и экспериментов и тем, какие ошибочные или конкурирующие модели явлений были отброшены в результате достижения нового, более глубокого понимания. – Выходит, война как таковая действительно ускорила у вас развитие аэронавтики и ядерной физики, – сказал однажды утром Арчи. – Как удивительно!. Вы не можете себе представить, – добавил октопаук несколько секунд спустя, – как потрясает меня даже в пересказе идея постепенного процесса изучения природы. Наша история была совершенно иной.
